МЕМОРИАЛЬНЫЙ КОМПЛЕКС
ПОЛИТИЧЕСКИХ РЕПРЕССИЙ
ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ КУЛЬТУРЫ ПЕРМСКОГО КРАЯ




Мероприятием, предварящим всероссийский форум «ГУЛАГ: эхо войны и эхо Победы», стала пресс-конференция в Интерфаксе.



Спикеры: заместитель директора по науке ГАУК «Мемориальный комплекс политических репрессий» Максим Павлович Трофимов, заместитель директора Института всеобщей истории РАН Виктор Владимирович Ищенко (председатель оргкомитета конференции), профессор кафедры всеобщей истории РГПУ имени Герцена Юлия Зораховна Кантор (научный руководитель конференции), президент Пермской государственной художественной галереи Надежда Владимировна Беляева (член оргкомитета конференции).

Представители СМИ:
Юлия Зыкова (телекомпания «Рифей»)
Олег Сильченков (телекомпания «Урал-Информ ТВ»)
Карина Бурьян (ГТРК)
Анастасия Бариева («Эхо Москвы в Перми»)
Евгений Артамонов (59.ru)
Игорь Карнаухов («Российская газета»)
Максим Кимерлинг («КоммерсантЪ»)













«Говорить о послевоенном ГУЛАГЕ правильнее в месте, которое помнит эту историю»
Подчеркнув, что конференция проходит накануне Дня памяти жертв политических репрессий, Юлия Кантор выделила и «календарно-тематический» момент, объясняющий выбор места проведения конференции: 70 лет назад на территории нынешнего музея был создан один из пунктов системы исправительно-трудовых лагерей СССР. Обозначив тему форума, научный руководитель конференции уточнила, что вопрос вклада узников ГУЛАГА в военную экономику страны не будет доминирующим.



«Тема памяти о ГУЛАГе заслуживает отдельной конференции»
Объясняя причины, по которым институт всеобщей истории РАН вошёл в число организаторов форума, председатель оргкомитета Виктор Ищенко сказал, что тема конференции интересна для академического учреждения во многих отношениях, но в первую очередь - в контексте исторической памяти о событиях тех лет.



«Нам удалось показать всю историю политических репрессий: от красного террора до последних строек ГУЛАГа»
Рассказывая о подготовке к конференции, Максим Трофимов уделил внимание проектам, открытие которых планировалось в первый день работы форума - 27 октября. Речь шла о выставке «Долгое возвращение», раскрывающей историю процесса реабилитации репрессированных в нашей стране и экспозиции «Общенациональное место памяти», знакомящей посетителей Мемориального комплекса с работой 14 музеев из разных регионов России.



С этими проектами были связаны первые вопросы представителей СМИ. Журналисты просили уточнить: на каких площадках разместились новые выставки, предполагают ли они возрастные ограничения и долго ли будут действовать.

Представителя «Коммерсанта» Максима Кимерлинга заинтересовала научная дискуссия, включённая в программу второго дня работы конференции - фоторепортёр спросил: сможет ли посторонний человек принять в ней участие (вопрос стал, пожалуй, самым популярным – именно его организаторам адресовали чаще всего и в ходе других публичных выступлений. Об этом, к примеру, спрашивала большая часть радиослушателей «Утреннего разворота» - в течение трёх дней ведущие программы Катерина Шафиева и Вячеслав Дегтярников знакомили пермяков с работой конференции и принимали в студии «Эха» представителей всероссийского форума). Организаторы конференции ответили, что не ставили перед собой цели устроить научно-музейный «междусобойчик», поэтому присоединиться к разговору смогут все желающие.



«Музей НКВД?! Откуда взялась эта тема? Почему это цитируется? Я не могу понять»
Надежда Беляева – «человек, благодаря которому началась кампания по поддержке музея» (слова Юлии Кантор), отметила, что конференция, помимо прочего, даёт возможность оценить работу музея. Отдельное внимание Надежда Владимировна уделила вопросу участия журналистов в жизни Мемориального комплекса. Обращаясь к представителям СМИ она уточнила, что с уважением относится к любому мнению, однако не признаёт «дистанционной подачи» информации - ей сложно оценивать материалы людей, рассуждающих о работе музея, но не удосужившихся при этом побывать на территории комплекса. Тему освещения деятельности музея представителями СМИ продолжила Юлия Кантор, сказав, что ей интересен подход, предполагающий сравнительный анализ – к примеру, комментарии тех, кто побывал в музее после длительного перерыва. К числу таких людей научный руководитель форума отнесла журналиста Виталия Дымарского (ведущего финального мероприятия конференции – круглого стола «Память за колючей проволокой?»). Юлия Зораховна напомнила, что несколько лет назад главный редактор исторического журнала «Дилетант» приезжал в Кучино на одну из «Пилорам» и наверняка сможет оценить работу музея в интересующем её аспекте.



«Без сотрудничества с архивами работа музея невозможна»
К разряду важных пунктов конференции Юлия Кантор причислила заключение соглашения о сотрудничестве между Мемориальным комплексом и пермским государственным архивом новейшей истории. Дополнительную значимость этому событию придаёт тот факт, что профиль музея предполагает серьёзную выставочную работу в ближайшем будущем, поскольку уже следующий - 2017 год - отмечен двумя трагическими датами: вековым юбилеем Великой октябрьской социалистической революции и 80-летием с момента начала «большого террора». Завершая беседу, организаторы научно-практической конференции «ГУЛАГ: эхо войны и эхо Победы» пришли к выводу, что грядущий форум - лишь один из этапов жизни музея; крупное мероприятие, дающее импульс очередным проектам и дальнейшему развитию Мемориального комплекса.







Стартовым пунктом стала экскурсия по Мемориальному комплексу. Об истории колонии, объектах культурного наследия, действующих выставках и экспозициях гостям рассказал Максим Трофимов.



Всероссийская конференция не исключала международного участия. Один из гостей форума Даниэль Сейферт – представитель Мемориального комплекса Берген-Бельзен.



В здании бывшего лагерного КПП разместилась выставка работ молодых живописцев - участников образовательного проекта «Глазами художника».



Идея о сотрудничестве Мемориального комплекса политических репрессий и пермского художественного училища оформилась в совместный проект к лету 2015 года. Тогда же прошёл первый «затяжной» пленер – в течение недели второкурсники (большинство из них – учащиеся отделения станковой живописи) жили в Кучино, наблюдали за работой музея, изучали историю этого места и создавали эскизы будущих работ. Результатом поездки стала выставка «Чёрное/белое».
Часть минувшего августа художники провели по тому же сценарию, подготовив серию работ, объединённых названием «Как это было».





В ходе ознакомительного маршрута гости Мемориального комплекса увидели все экспозиционные проекты: от «Переломанных буреломами» и «Урановых лагерей Чукотки» до «Запрещённой литературы» и музейного долгожителя – тринадцатилетней выставки «ГУЛАГ. История, труд и быт».

Осмотр бывшего участка строгого режима завершало «Долгое возвращение».



Новая выставка Мемориального комплекса - посвящение 25-летию закона о реабилитации жертв политических репрессий. Иллюстрация меняющегося отношения государства к инакомыслящим гражданам, совмещённая с рассказом о постлагерной жизни бывших узников ГУЛАГа.



Фрагментом «Долгого возвращения» стал один из символов эпохи ГУЛАГа.



Эффект двойного присутствия: профили, запечатлённых на фото «врагов народа» создатели выставки «подарили» и фигурным элементам.




Автомобиль для перевозки заключённых появился на территории комплекса накануне конференции, поэтому торжественная презентация «машины времени» была вполне оправдана.

Реконструированный автозак - очередной музейный проект, предполагающий партнёрское участие. В этом случае желание сотрудников Мемориального комплекса разместить на участке особого режима знаковый атрибут осуществилось благодаря увлечённому раритетными автомобилями Александру Черепанову.



Директор автомобильного музея «Ретро-гараж» провёл весь цикл работ, связанных с воссозданием уникального ГАЗа: от поиска «доноров» до его сборки. Александр Борисович посетовал, что не успел согласовать с сотрудниками Мемориального комплекса идею украсить фургон надписью вроде «Продукты», хотя такой вариант, на его взгляд, был бы уместен – автозаки, как правило, старательно «конспирировали под «гражданку» – однотипными «коробками» снабжали передвижные «ветеринарки», машины скорой помощи, спецтранспорт водопроводно-ремонтных и прочих служб.





Открытие экспозиции «Общенациональное место памяти». Этот масштабный проект даёт возможность познакомиться с работой профильных коллег Мемориального комплекса.
География участников и представленные ими проекты «работают» на одну из задач форума - попытку создания музейной карты ГУЛАГа.


Каждому дебютанту «Общенационального места памяти» достался фрагмент ленточки «первооткрывателя». На фото: заместитель директора по науке Государственного музея истории Санкт-Петербурга Юлия Демиденко, отметившая «очень не провинциальный дизайн» выставок и экспозиций Мемориального комплекса.





Сегодня «особый режим» представляет 14 музеев памяти из разных регионов России – от Ленска до Санкт-Петербурга.



«Общенациональное место памяти». Выставка Государственного музея истории Санкт-Петербурга. Предметы, найденные шесть лет назад на территории Петропавловской крепости: в ходе археологических раскопок были обнаружены останки более 100 человек со следами огнестрельных ранений и увечий (все захоронения относятся к периоду «красного террора»).



«Общенациональное место памяти». Оконная рама лагерного барака (Красновишерск, зал Варлама Шаламова). До «высокохудожественного» состояния экспонат довели с помощью специальной пропитки.



Директор краеведческого музея Татьяна Антипина уточнила, что дерево изначально требовало серьёзной обработки, поэтому сотрудникам учреждения пришлось изобретать продлевающее жизнь экспоната средство, в состав которого входят различные масла и лаки.



«Общенациональное место памяти». Экспонаты музея города Лабытнанги связаны с двумя событиями: разработкой Харбейского месторождения и строительством Трансполярной магистрали.



Фрагмент рельса, найденный в районе действующего участка Великой Северной дороги – Чум-Лабытнанги - датирован серединой прошлого века. Тронутый ржавчиной экспонат при этом относительно молод – на территории 501-ой стройки встречаются образцы, выпущенные ещё в конце 19 столетия (полотно категории «б/у», демонтированное при модернизации «заезженных» участков Большой земли). В списке предприятий, чьё наследие хранит Ямал - металлургический завод Серова и его Нижнетагильский тёзка. А в минувшем году житель Салехарда отыскал в тундре 100-летний фрагмент рельса, с клеймом: «Сделано в Америке, штат Иллинойс».



Сотрудница краеведческого музея Лабытнанги Оксана Дзюман упоминала и рельсы, сделанные из знаменитой демидовской стали.
Эта продукция вызывает особый интерес вандалов: в некоторых источниках указан случай, когда ценители металла умудрились демонтировать и вывезти «демидовский» участок «мёртвой» железной дороги - около 100 километров рельсов, проложенных от Салехарда в сторону Надыма.



Общенациональное место памяти». Интерьерная выставка общественного музея спецпереселенцев села Юксеево. Солонка, принадлежащая семье Корбут и нож, созданный в 1931 году комендантом спецпосёлка Коврижка Михаилом Кривощёковым.



«Общенациональное место памяти». Дверь камеры пересыльной тюрьмы (отдел Томского областного краеведческого музея «Следственная тюрьма НКВД»). Обсуждая эту однопредметную выставку, участники конференции пришли к выводу, что подобные вещи есть в фондах многих музеев памяти, но далеко не у каждого из них имеется возможность такого преподнесения экспонатов.


Необычное решение отметила и «хозяйка» этого предмета – представительница Томска Александра Васильева: «Нельзя сказать, что это белая зависть. Скорее радость за коллег, которым удалось найти такой вариант размещения экспоната. Конечно, для этой трактовки необходимо пространство, а в нашем музее, например, катастрофически не хватает места.
Впечатлило меня и то, как сделана подсветка двери. Получилось очень здорово. Смотришь – и становится неуютно. Так, в общем-то, и должно быть».



«Плакатный коридор» выводит посетителей экспозиции к месту заключения людей, изоляция которых пришлась на период менее броских агитационных материалов.



История участка особого режима в лицах. Жилые и рабочие камеры. Те, кто находился здесь с 1980 по 1987 годы. Все 56 человек.





Финальным событием первого дня конференции стал премьерный показ спектакля по «Ожиданию» Льва Тимофеева (режиссер Вячеслав Чуистов). С предложением перевести эту пьесу в формат сценического действа сотрудники Мемориального комплекса обратились к представителям пермского отделения Союза театральных деятелей России. Инициаторам постановки показались интересными тема и качество материала, а также тот факт, что драматург отбывал заключение в пермских лагерях.



«Ожидание» - история писателя-диссидента и его супруги, сложно живущих в окружении незримых «соседей»: от «прослушки» до «наружки».
«О любви, придающей силы» - так охарактеризовал своё произведение Лев Тимофеев.



Специалист гданьского музея Второй мировой войны Дмитрий Пантьо во время просмотра спектакля.

28 октября. Научная часть конференции «ГУЛАГ: эхо войны и эхо Победы».

Работу секций предваряло пленарное заседание, в ходе которого прозвучали пять докладов. Председатель оргкомитета конференции Виктор Ищенко проанализировал вопрос формирования и сохранения памяти о ГУЛАГе. Выступление вологодского историка Александра Кузьминых касалось деятельности «собрата» Архипелага - Главного управления по делам военнопленных. Представительница Санкт-Петербурга Вера Райкова исследовала проблему ГУЛАГа в советско-американских отношениях. Сотрудник Мемориального комплекса Максим Трофимов представил доклад «Тема «ГУЛАГ и война» в музейной деятельности», а профессор кафедры гуманитарных дисциплин Михайловской артиллерийской академии Владимир Мильбах рассказал о массовых «чистках» в Красной армии.

Владимир Мильбах: «296 человек – таковы боевые потери генералитета в годы Великой Отечественной. А жертвами политического террора в предвоенный период стали 932 представителя высшего командного состава, расстрелянные от имени советского народа!»

Оперируя общими цифрами, историк Владимир Мильбах рассказал, что в течение 1937-го и 1938-го годов Красная армия потеряла около 65 процентов высшего командного состава: были уволены 715 генералов, 499 из них арестованы.
На смену репрессированным командирам часто приходили люди, назначение которых объяснялось их лояльностью режиму, а не деловыми качествами и опытом.
Владимир Спартакович уточнил, что в предвоенный период была «обезглавлена» даже «не совсем близкая к действующей армии» структура – ОСОАВИАХИМ (репрессированы 15 представителей этой организации, в том числе её руководители: в 1937-ом расстрелян председатель Центрального совета Роберт Эйдеман, годом позже - его последователь Павел Горшенин).
Переходя к теме доклада - «Массовые политические репрессии в Красной армии в предвоенные годы. Уральский военный округ» - историк напомнил о февральско-мартовском пленуме ВКП(б) 1937 года, и последовавших за ним «чистках».
Уточнив, что из всех общевойсковых объединений именно УрВО первым подвергся удару репрессивного аппарата, Владимир Мильбах подробно рассказал о судьбах комкоров округа. Страницы биографий, истории ареста, фрагменты допросов, детали многостраничных расстрельных приговоров. … Илья Гарькавый, Борис Горбачёв, Ян Гайлит, Матвей Василенко – представители высшего командного состава, входящие в состав военного совета при наркоме обороны СССР были реабилитированы в 1956 году.
Завершая выступление, Владимир Спартакович обратился к участникам форума с просьбой не расценивать его речь как доклад о «чистках» в армии, уточнив, что он говорил о геноциде советского народа в целом.



В ходе секционных заседаний участники конференции выслушали 18 докладов.
Об участии заключённых в «номерных» стройках рассказал сотрудник научного центра изучения Арктики Вадим Гриценко (на фото). Один из «международников» - минский историк Игорь Кузнецов - представил доклад «Массовые расстрелы заключённых тюрем и лагерей НКВД Белорусской ССР в 1941 году». А специалист гданьского музея Второй мировой войны Дмитрий Пантьо говорил о судьбах поляков - узников ГУЛАГа военного времени.


Основой некоторых докладов стали портретные истории. Юлия Кантор, к примеру, рассказала о судьбе офицера немецкой армии Вильма Хозенфельда и его участии в жизни музыканта Владислава Шпильмана (известны широкой аудитории по оскароносному фильму Романа Полански «Пианист»)…



…а Дмитрий Асташкин - об Эрнсте Эрвине Шюле.

На основе частного случая представитель Великого Новгорода попытался исследовать парадоксы лагерного правосудия: история нациста, дослужившегося до обер-прокурора ФРГ, стала примером того, как сталинская репрессивная машина, сумевшая выпустить тысячи сфабрикованных дел, не смогла покарать реального военного преступника.
Офицер подразделения, уничтожавшего мирных жителей Новгородской области (Дмитрий Юрьевич привёл в пример город Чудово, население которого за время оккупации сократилось с 7000 до… 550 человек), попал в плен в конце марта 1945 года. Дипломированному юристу удалось избежать наказания не в последнюю очередь благодаря низкому уровню расследования подобных дел: первоначальный приговор - 25 лет заключения – заменили депортацией.
Вернувшись в Германию, Шюле довольно быстро поднялся по карьерной лестнице, заняв в 1958 году пост главы Центрального ведомства юстиции земель ФРГ по расследованию… нацистских преступлений.
Повторное следствие по делу Эрвина Шюле инициировали в 1965-м. Изучавшие материалы шестнадцатилетней давности сотрудники КГБ отметили непрофессионализм своих предшественников, обратив внимание на скоротечный, поверхностный сбор материала и пренебрежительное отношение к фактам…
В 1965 году удалось найти 6 свидетелей, подтвердивших причастность Шюле к зверствам, совершённым на территории Чудово. Это позволило официально причислить обер-прокурора к категории военных преступников и добиться его отстранения от занимаемой должности.


Юлия Демиденко: «Наше сообщество очень виновато. Мы до сих пор не создали большого коллективного труда о репрессированных музейных сотрудниках».

Юлия Демиденко рассказала о судьбе репрессированного учреждения – музея обороны Ленинграда, подробно изложив хронику уничтожения одной из самых популярных выставочных площадок города на Неве (в течение первого года работы её посетили 350 тысяч человек).
Формально этот музей просуществовал более семи лет - с 1946 по 1953 годы. Для публики был закрыт в 1949-м: тогда восторженные отзывы сменили обвинения в антипартийной экспозиции, извратившей ход событий Великой Отечественной войны. Опальному учреждению «инкриминировались»: чрезмерное восхваление патриотизма ленинградцев, преувеличение роли городской парторганизации и недостаточное освещение заслуг руководства страны (среди претензий были, к примеру, и упрёки в том, что размеры портрета одного из главных фигурантов «Ленинградского дела» Петра Попкова превосходят имеющееся в том же музее изображение Сталина).
Напомнила Юлия Борисовна и об одном из ключевых моментов, связанных с ликвидацией многострадального учреждения: согласно предписанию, помещения, переданные военно-морскому музею, надлежало освободить от десятков тысяч экспонатов в течение … полутора месяцев. Пока сотрудники обращались в различные инстанции, пытаясь объяснить чиновникам сложности и последствия стихийного перемещения коллекции, музею оказали посильную «помощь».
Очевидцы вспоминали, как во дворе Соляного городка жгли костры. Сгорали подлинные документы и фотографии, среди которых были и снимки измученных блокадой детей. …
Сохранившееся наследие музея обороны распределили между тремя его коллегами. «Не представлявшее ценности» имущество списали - часть оружия, к примеру, использовали для создания очередной партии монументов воинской славы, расположенных на территории военных частей.
Акт ликвидационной комиссии был подписан в день смерти того, чьи заслуги так опрометчиво «недооценили» создатели и сотрудники музея обороны Ленинграда – 5 марта 1953 года.




Вера Райкова: «Два часа на изучение сталинского режима, включая политические репрессии, - и это на факультете, который готовит преподавателей истории!»

Тема восприятия периода советских репрессий молодыми людьми поднималась и в ходе пленарного заседания, и во время работы круглого стола, став одной из самых обсуждаемых.
Комментируя отсутствие должного внимания к этой сложной теме, доцент кафедры всеобщей истории РГПУ имени Герцена Вера Райкова рассказала историю, произошедшую в прошлом году накануне Дня памяти жертв политических репрессий.
Будучи заместителем декана по воспитательной работе, она предложила студентам принять участие в поминальном чтении имён жертв тоталитарного режима (с 2012 года акция проходит в музее Анны Ахматовой). Из полутора тысяч человек откликнулись трое! Такую реакцию Вера Алексеевна объяснила слабым представлением молодых людей о периоде советских репрессий, отметив, что даже в профильных Вузах на изучение темы ГУЛАГа отводится очень мало времени.


Виталий Дымарский: «Посетив это место памяти, человек станет другим. Каких бы взглядов он не придерживался».
Главный редактор журнала «Дилетант» сравнил Мемориальный комплекс с учебником истории и сказал, что в идеале доступ к подобным «пособиям» должен быть бесплатным.
В ходе интервью Виталий Наумович поделился: его реальные впечатления от посещения музея превзошли предполагаемые, заметив при этом, что ничего плохого он не ожидал.
«Что для вас важнее: эмоции или факты?» - вопрос, который ведущий круглого стола «Память за колючей проволокой?» задавал всем участников форума. Анализируя ответы, Виталий Дымарский уточнил: он не сомневался в том, что большинство респондентов отметят первичность «упрямой вещи». Хотя бы потому, что эмоции, по его мнению, должны создаваться на основе фактов, а не наоборот.